Инфляция по-нижегородски: почему официальные 5–6% не похожи на правду
«Цены скачут, продукты дорожают, коммуналка растёт — откуда вообще 5% инфляции?» Этим вопросом сегодня задаются многие жители Нижнего Новгорода, когда сравнивают официальную статистику с чеками из магазинов и квитанциями за услуги. Редакция ИА "Открытый Нижний" разбиралась в этом непростом вопросе.
По данным Волго‑Вятского главного управления Банка России, годовая
инфляция в Нижегородской области по итогам 2025 года составила около 5,3% — это минимальный показатель за шесть лет и ниже среднероссийского уровня. В феврале 2026 года годовая инфляция в регионе оценивается примерно в 5,6% при общероссийских 5,9%. По информации Нижегородстата, к февралю 2026‑го цены на товары и услуги в области выросли примерно на 5,6% за год.
Если смотреть по основным группам, в регионе складывается такая картина: продукты (включая алкоголь) подорожали примерно на 4,7–5% за год, непродовольственные товары — около 3,3%, а услуги — почти на 9%. Отдельно статистики считают стоимость минимального продуктового набора: на середину 2025 года он превысил 7,1 тысячи рублей на человека, показав рост примерно на 15% с начала года и более чем на четверть за год. Это уже гораздо ближе к тем самым «ощущаемым» 20–30% подорожания.
На нижегородском примере видно основное противоречие. Официально говорят об инфляции на уровне 5–6%, а жители, особенно те, кто много тратит на продукты, коммуналку и лекарства, чувствуют, что жизнь подорожала на 20–30%. Для многих так и получается, и это связано не с ошибкой статистики, а с тем, как устроены расходы конкретной семьи.
Индекс потребительских цен, который публикует Нижегородстат, оценивает корзину условного среднего домохозяйства: сюда входят продукты, одежда, техника, услуги, транспорт и другие траты. Условно около трети–сорока процентов расходов в такой корзине приходится на питание, до пятой части — на ЖКХ и жильё, остальное — на одежду, услуги, досуг и технику. Если ваша реальная структура расходов сильно отличается, ваша личная инфляция тоже будет отличаться от средней.
Пенсионер, который 60–70% пенсии отдаёт на продукты и лекарства, будет ощущать инфляцию иначе, чем молодой специалист, у которого большая часть бюджета уходит на сервисы, поездки и технику. Для первого рост цен на базовые продукты и препараты может означать личную инфляцию на уровне 15–20% в год, тогда как для второго итоговое значение будет ближе к официальным 5–7%.
Дополнительно картину искажает разная динамика цен по категориям. В последние годы быстрее всего дорожают как раз те позиции, которые нижегородцы замечают в первую очередь: продукты питания, минимальный набор корзины, коммунальные услуги, транспорт и часть бытовых сервисов. В то же время техника, одежда и некоторые непродовольственные товары растут медленнее или почти стоят на месте, поэтому общий индекс сглаживается и даёт те самые 5–6% по региону.
Есть и эффект «длинной памяти». Официальный индекс считают год к году, а человек сравнивает не только с прошлой зимой, но и с тем, как было два–три года назад. Если минимальный продуктовый набор за несколько лет вырос почти в полтора раза, это субъективно воспринимается как «ужасно всё подорожало», хотя в годовом выражении рост выглядит как 10–15% в течение нескольких лет подряд.
Экономисты и Банк России говорят о понятии личной инфляции — это ответ на вопрос, насколько подорожала именно ваша жизнь в вашем городе. Для жителя Нижнего Новгорода личная инфляция будет зависеть от того, живёт ли он в съёмной или собственной квартире, сколько тратит на продукты, пользуется ли личным автомобилем или общественным транспортом, есть ли дети и кредиты. У двух семей с одинаковым формальным доходом личная инфляция может отличаться вдвое.
Посчитать свою инфляцию можно дома за вечер. Для этого нужно взять расходы за один месяц год назад и за тот же месяц сейчас, разнести траты по категориям и посчитать долю каждой из них в общем бюджете. Затем для каждой категории оценить, насколько за год выросли цены, и умножить этот рост на долю категории в расходах. Складывая такие взвешенные показатели, можно получить цифру, которая будет ближе к личным ощущениям, чем официальные 5–6%.
На примере условной нижегородской семьи с долей продуктов около 40% бюджета, ЖКХ — 20%, транспорта — 10%, связи и лекарств — по 5% и прочих расходов — 20% личная инфляция при росте минимального продуктового набора на четверть и услуг на 8–10% легко может выйти на уровень 14–15% в год. В этой ситуации неудивительно, что официальные цифры кажутся заниженными — они просто описывают другую, более усреднённую корзину.
В итоге честный ответ на вопрос «кто прав — Росстат или кошелёк?» звучит так: статистика считает не виртуальные числа, а средний рост цен по региону по единой методике, без неё нельзя сравнивать разные годы и области. А жители Нижнего Новгорода живут не в «средней» семье, а в своих конкретных условиях и с собственным набором расходов. Если официальные 5–6% совсем не похожи на вашу жизнь, это не автоматически значит, что данные неверны, это сигнал, что ваша личная корзина дороже и уязвимее, чем у условного среднего домохозяйства.
Фото: freepik
О том, как выжить в Нижнем Новгороде на пенсию, читайте на нашем сайте
