36-летний нижегородец Алексей К. скончался от коронавируса в городской клинической больнице №33. Жена погибшего мужчины уверена, что супруга можно было спасти, если бы госпитализация не затянулась, а компьютерную томографию легких сделали вовремя. Также Юлия рассказала о жалобах мужа на недостаточное внимание медперсонала в больнице, куда мужчину госпитализировали изначально еще до подтверждения диагноза.
В редакцию портала «Открытый Нижний» обратилась нижегородка Юлия К., которая две недели назад потеряла любимого мужа. Супругу Алексею поставили диагноз COVID-19. А все началось с того, что 3 мая у мужчины поднялась температура, которая не спадала несколько дней.
- 4 мая температуры поднялась у меня, а 5 числа – у детей. 6 мая мы вызвали на дом участковых врачей. Детский врач пришел в маске, перчатках, бахилах и с дезинфицирующим средством, осмотрел сыновей и дал назначения. Терапевт же пришел без каких-либо средств защиты. Мы еще тогда с Лешей подумали - бессмертный.
Но, как выяснилось, СИЗ медику были и не нужны. Он не прошел в квартиру дальше порога, а с супругами общался на расстоянии.
- Стоя поодаль он спросил, что нас беспокоит. Когда мы описали симптомы, сказал, что нам нужно вызывать скорую и что хорошо бы сделать тест на коронавирус, - рассказала Юлия.
Вопрос, как сделать тест, врач оставил без ответа. Просьбу об осмотре тоже, со слов нижегородки, проигнорировал. На следующий день семья вызвала скорую. Ведь температура у Алексея с каждым днем поднималась все выше.
- Мы пытались пить жаропонижающие, но это не помогало. Температура не снижалась. А на скорой к нам приехал все тот же медик! С порога рявкнул, что по нашим симптомам скорая не полагается! На замечание, что это он же посоветовал нам ее вызвать, ответил, что быть такого не может, - поделилась женщина.
Супруга Юлии медик осмотрел только после долгих уговоров. К тому времени у мужчины была температура 39,8. Вместо госпитализации врач сделал укол анальгина и уехал.
Он достал из барсетки ампулу, всадил мужу укол – да так, что у него всю ночь ногу ломило от боли. Уходя, добавил в следующий раз вызывать участкового врача и просить, чтобы прислали именно врача. Ведь он фельдшер! Но ведь я, звоня в поликлинику или скорую, как-то всегда жду, что ко мне приедет врач, который окажет помощь…
Тесты на коронавирус семье делать отказывались до тех пор, пока супруги не предоставили данные человека с подтвержденным диагнозом COVID-19, с которым они контактировали.
У нас не кладут в больницу и не начинают делать тестирование, даже если есть симптомы, пока ты не назовешь конкретного человека с адресом, у которого подтвержден ковид. У меня несколько знакомых, которые столкнулись с такой проблемой. Мы такого человека предоставили, и только 8 числа дело сдвинулось - нас госпитлизировали, - поделилась Юлия.
Мужа Юлии положили в больницу №30. Но из-за майских праздников 8 и 9 мая в медучреждении не работала КТ. А потому грамотную медпомощь мужчине не оказывали. Сама девушка все это время лежала в ПОМЦ - ее с таким же диагнозом ковид отправили именно туда:
- У нас все было по-другому. Постоянно мерили температуру, общались с нами. У Леши не так. Мы даже спрашивали, точно ли он лежит в ковид-госпитале? - с трудом сдерживая слезы, делится Юлия.
Только спустя два дня, 10 числа, Алексея перевели в больницу №33.
Муж мучился одышкой. Ему не ставили капельниц. Зато рядом с его палатой была курилка! Он жаловался, что задыхается из-за табачного дыма. Но курить перестали только 12 числа, после моего обращения в Роспотребнадзор.
Мужчине становилось все хуже с каждым днем. Но в реанимацию его перевели только 14 мая в обед. Легкие, как выяснилось, к тому времени были поражены уже на 75%. 17 мая Алексей впал в кому. А 18 числа скончался в больнице.
Нам Лешу отдали закрытого - как чумного. Никто его не видел. На мои вопросы, какое лечение ему оказывали, мне ничего толком не отвечали. Даже никаких документов: эпикриз, справка о выписке посмертно - не предоставили.
Женщина уверена, что ее мужа можно было бы спасти, если бы медицинская помощь была оказана своевременно. Тем более, у Алексея, со слов Юли, не было хронических заболеваний.
У него ничего не было, кроме искривленной перегородки носа. Здоровый 36-летний мужик. Там такая больница, что, может, они перепутали? Может, не Леша умер? Может, он до сих пор там у них лежит? Мы никого не видели, не знаем ничего, - держится Юля, чтобы не впасть в полное отчаяние.
Алексея нет в живых больше двух недель. Супруга до сих пор не может прийти в себя. Юля осталась одна с двумя детьми школьного возраста и не понимает, кто должен ответить за то, что госпитализация так затянулась - она хочет разобраться, что же все-таки произошло:
- Такая ситуация не только у меня. У моих родственников тоже были проблемы с госпитализацией. У меня есть и фамилия того фельдшера, который не стал нас осматривать. Я не могу это оставить просто так, не могу. Понимаете?
В пресс-службе СУ СК России по Нижегородской области в ответ на запрос "Открытого Нижнего" сообщили, что проверку в рамках законодательства смогут начать только после того, как Юлия с документами обратится в следственный отдел. Однако женщина пока не может получить документы из больницы. Предоставить справки ей обещали в понедельник. Тогда же она намеревается писать заявление и прокуратуру, а также обращаться в минздрав. Юлия уже писала в соцсетях министру здравоохранения Нижегородской области Давиду Мелик-Гусейнову, который в ответ на ее вопросы сообщил, что разберется в ситуации.
"Открытый Нижний", в свою очередь, уже направил официальные запросы в пресс-службы ведомств, чтобы узнать, будет ли по факту случившегося проведена проверка и кто виноват в гибели Алексея.
